Оказывается, как просто меня расположить к приятному отношению к тексту книги. Достаточно императора назвать Леоном и хоть раз за книгу написать нечто подобное:
По бокам от входа возвышались две статуи, изображавшие львов: тот зверь, что слева, сделанный из красного мрамора, лежал, прикрыв глаза, а правый, вытесанный из серого гранита, сидел, внимательно наблюдая за прохожими. При моём приближении львы встряхнулись и повели носами. Мраморный поднял голову, немного посмотрел на меня, но, видимо, решив, что я не представляю опасности, лениво зевнул и снова задремал. Гранитный раскрыл пасть и беззвучно зарычал. Немного поглядев на удивительные изваяния, я наконец решился и боком двинулся вперёд, с опаской косясь на каменных стражей. Но львы не спешили нападать: уже у дверей я оглянулся и увидел, что красный по-прежнему спит, а серый, забыв обо мне, меланхолично почёсывает лапой за ухом.
"Зеркала судьбы: Изгнанники"
Диана и Максим Удовиченко
стр. 48
Ну и я как тот мультяшный слон при звуках флейты тут же впадаю в оргаистический экстаз.
По бокам от входа возвышались две статуи, изображавшие львов: тот зверь, что слева, сделанный из красного мрамора, лежал, прикрыв глаза, а правый, вытесанный из серого гранита, сидел, внимательно наблюдая за прохожими. При моём приближении львы встряхнулись и повели носами. Мраморный поднял голову, немного посмотрел на меня, но, видимо, решив, что я не представляю опасности, лениво зевнул и снова задремал. Гранитный раскрыл пасть и беззвучно зарычал. Немного поглядев на удивительные изваяния, я наконец решился и боком двинулся вперёд, с опаской косясь на каменных стражей. Но львы не спешили нападать: уже у дверей я оглянулся и увидел, что красный по-прежнему спит, а серый, забыв обо мне, меланхолично почёсывает лапой за ухом.
"Зеркала судьбы: Изгнанники"
Диана и Максим Удовиченко
стр. 48
Ну и я как тот мультяшный слон при звуках флейты тут же впадаю в оргаистический экстаз.